«Современный человек получает удовольствие от того ужаса, в котором находится»

Спектакль по одноименной пьесе чешского драматурга Романа Сикоры поставил молодой московский режиссер Талгат Баталов. Среди его работ — спектакли «Узбек» и «Двое в твоем доме», выдвинутые на соискание Национальной театральной премии «Золотая маска — 2013», и спектакли — участники различных международных театральных фестивалей. Режиссер рассказал N о выборе театра для постановки пьесы и о том, как создавался спектакль.

N: — Чем вас привлекла эта пьеса и почему вы решили поставить именно ее? Т.Б.: — В Москве в рамках фес­тиваля современной драматургии «Любимовка» есть спецпроект «Перепост» — это фестиваль читок иностранных пьес. 

«Исповедь мазохиста» переводили специально для него, и я делал читку. Меня тогда очень сильно привлекла эта история, во-первых, парадоксальностью, во-вторых, необычным героем, неожиданным. Мне понравилась эта абсурдистская история, язык, которым она написана, темп и ритм. Я много читаю современной драматургии и ничего похожего не встречал.

N: — Вы ставили пьесы в Москве, сотрудничали с театрами Твери, Красноярска и других городов. Прочему вы решили поставить «Исповедь мазохиста» в ростовском театре? Т.Б.: — Пьеса все время была у меня в голове, но как-то не получалось ее нигде поставить. И вдруг здесь, в «Театре 18+», объявили сезон иностранной драматургии.

Я давно знаком с этим театром и с Юрием Муравицким (художественный руководитель театра. — N), играл у него в спектакле. Мы приезжали сюда с постановкой «Зажги мой огонь» «Театра.doc», я приво­зил свой спектакль «Узбек», играл здесь его, когда театр только открылся. Мы давно хотели сделать что-то вместе с «Театром 18+», но как-то не складывалось. И вот весной этого года все удачно сложилось. Я предложил пьесу Юрию Муравицкому и Герману Грекову (главный режиссер театра. — N), потом нашелся прекрасный Алексей Тимченко (исполнитель главной роли. — N).

Мы долго проводили кастинг, и, когда попробовали Лешу (Алексея Тимченко. — N), стало понятно, что эта история может получиться, потому что она сильно зависит от исполнителя главной роли. В этой пьесе очень важным фактором для меня было найти артиста, который будет играть Мистера М именно таким, как я себе представлял.

N: — Как вы оцениваете возможности труппы? Т.Б.: — Здесь нет труппы. Это открытая площадка и все актеры из разных театров. Только двое задействованных в спектакле артистов — Светлана Башкирова и Владимир Василатов — числятся в штате театра. Алексей Тимченко работает в театре драмы им. Горького. Антон Соловьев вообще не артист по образованию, но одарен от природы невероятно. Мы быстро сделали спектакль: работали над ним два с половиной месяца. Хорошая собралась компания, репетировали ночами, всем было интересно.

N: — Этот спектакль о человеке, который принадлежит к БДСМ-культуре. Как вы определяли для себя, что допустимо на сцене в театре, а что нет? Т.Б.: — На сцене допустимо все, что ты себе позволяешь. Я считаю, недопустимы пошлость и халтура, чудовищные антрепризы, которые у нас регулярно где-нибудь ставят, и ставят ужасно. Вот это недопустимо на сцене, а все остальное... Ну, мы же дурачимся, это лицедейство. Все, что тебе кажется интересным, и все, что адекватно языку пьесы, возможно на сцене. Кстати, у нас нет никаких таких БДСМ-сцен, и у Романа Сикоры их тоже нет, потому что пьеса-то не про это. Это же стеб, что главный герой — клерк — оказывается садомазохистом. На самом же деле это про садомазохизм современного общества: люди причиняют себе боль, работая в адском офисе на нелюбимой работе или посещая нелюбимую учебу, потому что родители сказали, что нужно учиться именно в этом институте. Самые главные садисты в пьесе — это начальники главного героя: мэр, министр, президент. Пьеса вдруг вырастает до таких мировых, вселенских масштабов, что мы понимаем: современный человек получает удовольствие от того ужаса, в котором находится. На сцене можно делать все, лишь бы это имело смысл.

N: — «Театр 18+» — экспериментальный. Что новаторского увидит зритель на сцене? Т.Б.: — Здесь много новаторского в том смысле, что это современный текст, который сейчас традиционный театр активно отвергает. Это современное режиссерское решение данного текста. Я думаю, что любой спектакль — это эксперимент. Когда мы только начали работу над постановкой, не до конца понимали, сможем ли вообще вытянуть эту историю.

У Алексея Тимченко 37 страниц плотного текста. Были тотальные сомнения, поэтому что, когда у нас стала собираться история, которая всем очень нравилась, тогда мы сами стали получать от того, что делаем, какой-то кайф, поэтому и зритель получает, как мы видим, удовольствие от просмотра.

На самом деле нам самим нравится эта работа, особенно артистам, а если артисты любят спектакль, то, значит, он будет жить.