За что в России бьют?
В «Театре 18+» прошла ростовская премьера Abuse Opera — это проект Алексея Ершова и Максима Карнаухова из Санкт-Петербургского «Театра. На Вынос». После спектакля на режиссера обрушился шквал вопросов от непонимания происшедшего.
«Театр. На Вынос» существует в рамках городской среды, а режиссеры Максим Карнаухов и Алексей Ершов позиционируют его как стрит-арт-проект. Локациями для постановок оказываются заброшенные здания, бары, арт-пространства и т. д. Последняя постановка «Театра. На вынос» — Abuse Opera. Премьера спектакля состоялась в Москве в рамках фестиваля «ФОРМА-2018».
Вопросом «За что бьют в России?» — задавались режиссеры, когда собирали истории людей о психологическом, экономическом или физическом насилии. И этот вопрос первоначально должен был стать названием спектакля. Постановщики в течение года собирали истории у случайных прохожих на улицах Санкт-Петербурга: кто-то сразу разворачивался и уходил, а кто-то делился сокровенным. Некоторые участники откликались в интернете и рассказывали о своем опыте насилия.
Когда материал был отобран, потребовалось определиться с формой спектакля. В итоге режиссеры остановились на жанре социально-документальной оперы. На вопрос, почему спектакль разыгрывается в жанре оперы, Алексей Ершов ответил:
— Бывает, выходишь покурить на лестничную площадку, а в соседнем окне соседи ругаются, а если представить, что в каждом доме и каждом окне кто-то ругается, то создается шум, подобно хоровому пению.
— Вместо ограничений, которые предполагает жанр оперы, мы отдаем предпочтение мобильным формам музыки. А они, в свою очередь, находятся в прямой зависимости от конкретных исполнителей и от того, в каком пространстве исполняется сочинение, — пояснил главный режиссер проекта Максим Карнаухов.
Отобранные тексты режиссеры поделили на слова, которые актеры произносили в определенный промежуток времени. Вместо музыки было решено использовать обычные звуки, например звук закипающего чайника или разговоры зрителей между собой. Так родилась идея задействовать в спектакле гостей, поработать над его воспроизведением.
На афише Abuse Opera вместо времени постановки указано время работы: с 20.00 до 21.00, а вместо антракта — технические перерывы, хотя антракт и не подразумевался. Перед началом спектакля режиссеры попросили гостей «передвигаться по арт-центру MAKARONKA как вздумается, обсуждать происходящее и при этом не мешать работать актерам». Актеры стояли в хаотичном порядке по всему пространству арт-центра. Перед каждым из них стоял пюпитр с текстом и расписанным таймингом. Постановка началась с междометий. Зрители хаотично перемещались по арт-центру, заглядывали в тексты актеров, чтобы понять, о чем все же идет речь, а кто-то продолжал пить чай у бара «Стойка». У всех на лице читалось недоумение от происходящего. На сороковой минуте начался технический перерыв: актеры притихли, кто-то взял в руки планшет, на котором до этого смотрел на минуты, чтобы произнести нужную реплику, и включил футбол, а кто-то слушал песню «О доброте» из мультфильма «Приключения поросенка Фунтика». В это время актер и актриса стали переодеваться в одежду друг друга. После десяти минут «технического перерыва» действие снова продолжилось, пошли реплики о насилии: «Я ударила ее головой о качель», «Убери руки», «А сколько ты стоишь?», напряжения добавила фраза: «Полиция!» — и нецензурные выкрики, а далее все пошло на спад. И вот в конце актеры с улыбкой на лице произносят слова «мама», «дом» и т. д. За время оперы так никто и не услышал полных историй, и только самые внимательные зрители подошли к актерам и прочитали текст. После часового действия кто-то из присутствующих пошел вызывать такси, а кто-то за сигаретой обсуждал, что потратил деньги зря, ну а некоторые все же остались на обсуждение премьеры совместно с режиссерами.
В одном из текстов актеров была фраза: «Полицейские бьют стариков и женщин. Но это неинтересно. Это все видели». Эту реплику режиссеры особенно выделили на обсуждении, сделав акцент на том, что мы все привыкли к насилию и подчас уже его не замечаем. Но, как потом подметил Юрий Муравицкий, художественный руководитель «Театра 18+», говоря о концепции спектакля:
— Это одна история, которая касается каждого: мы слышим интонации, которые доносятся отовсюду, считываем их, и они в каждом из нас.
