Птицефабрике не хватило документов для возмещения 63,4 млн ущерба от птичьего гриппа
Суд первой инстанции отказал Маркинской птицефабрике во взыскании с Минсельхозпрода Ростовской области 63,4 млн рублей ущерба, понесенного из-за уничтожения птицы и яиц во время птичьего гриппа в 2017 году.
птичий грипп, карантин
Птицефабрика потеряла право на компенсацию по вине должностных лиц и собственной нерасторопности: в ходе уничтожения птицы контролирующие органы и областное правительство не соблюли формальные процедуры и не выпустили необходимые для компенсации документы, а птицефабрика не обжаловала их бездействие. Юрист считает, что у птицефабрики есть шанс добиться своего в апелляционной инстанции, если она докажет, что в чрезвычайной ситуации на споры из-за невыполнения формальных процедур не было времени.
В конце ноября Арбитражный суд Ростовской области отказал Маркинской птицефабрике из Октябрьского сельского района во взыскании с Минсельхозпрода области 63,4 млн ущерба, причиненного в апреле 2017 года, во время эпидемии птичьего гриппа, тогда на птицефабрике по решению контролирующих ведомств и правительства области было уничтожено более 245 тыс. кур и более 1,3 млн яиц, эта информация есть в картотеке арбитражных дел.
Как следует из мотивировочной части решения суда, птицефабрика потеряла право на компенсацию по вине должностных лиц и собственной нерасторопности: во время вспышки гриппа управление ветеринарии и правительство области не издали решения об отчуждении животных, а органы местного самоуправления не создали специальную комиссию, которая должна была пересчитать всех птиц, подлежащих уничтожению, и составить акт об отчуждении животных и продуктов животноводства. А только на основании этих документов может быть выплачена компенсация. Такой алгоритм действий закреплен в постановлениях правительства РФ от 26 мая 2006 года № 310 и областного правительства от 26 сентября 2012 года № 914. Суд обратил внимание на то, что исполнение этих постановлений обязательно при проведении мероприятий по ликвидации очагов особо опасных болезней животных и попенял представителям Маркинской птицефабрики на то, что предприятие не обжаловало бездействие контролирующего органов и правительства в установленном законом порядке.
Добиваясь компенсации, представители птицефабрики настаивали на том, что де-факто изъятие все же произошло: в апреле 2017 года две специальные комиссии объявили Маркинскую птицефабрику эпизоотическим очагом и приняли решение о том, что птицы, яйца и подстилка на фабрике должны быть уничтожены немедленно, губернатор Василий Голубев выпустил распоряжение о введении карантина по гриппу птиц и о разработке плана мероприятий по ликвидации гриппа. Этот план был разработан Управлением ветеринарии Ростовской области, он тоже включал пункт об уничтожении птиц в очаге инфекции. Но суд не принял во внимание эти аргументы.
Кроме того, на решение суда об отказе в иске повлияли выводы экспертов, которые исследовали документы птицефабрики и заключили, что в апреле 2017 года вся птица была не уничтожена, а погибла от естественных причин (асфиксия, гепатоз, дистрофия, желточный перитонит). Представители птицефабрики объясняли этот казус спецификой заполнения актов о выбытии животных и тем, что птица уничтожалась бескровным методом. Но суд не принял эти аргументы в расчет.
На минувшей неделе связаться с руководством Маркинской птицефабрики не удалось. Пока не ясно, будет ли компания обжаловать решение суда первой инстанции. В картотеке арбитражных дел информации об этом пока нет, по закону предприятие имеет право подать апелляцию в течение двух месяцев.
— В спорах о взыскании с органов государственной власти любого рода компенсационных выплат суды обычно особое внимание уделяют соблюдению истцом формализованных требований, — отмечает адвокат Станислав Кузлякин. — Как следует из содержания судебного решения, птицефабрика нарушила процедуру изъятия животных при ликвидации очага болезни, допустив убой поголовья птицы до момента принятия уполномоченным должностным лицом правительства Ростовской области соответствующего решения. К сожалению, выводы суда первой инстанции, учитывая сложившийся формальный подход, по моему мнению, являются ожидаемыми.
Тем не менее адвокат считает, что избранный птицефабрикой способ защиты своей позиции — единственно возможный:
— Обжалование бездействия органа власти в связи с особенностями процедуры могло быть применено исключительно до момента фактических действий по уничтожению поголовья. На это у птицефабрики не было времени, ведь обстоятельства требовали уничтожить птицу немедленно. Истец имеет шансы обжаловать решение первой судебной инстанции, доказав исключительность и необходимость действий птицефабрики по уничтожению поголовья птицы без соблюдения формальных процедур. Например, в целях избежания наступления негативных последствий промедления.
ООО «Маркинская птицефабрика» до эпидемии птичьего гриппа принадлежала ООО «Провими», входящему в холдинг «Каргилл». По данным пресс-службы «Каргилла», ее объемы выпуска составляли около 90 млн яиц в год. Почти сразу после бедствия предприятие сменило собственника, по данным ЕГРЮЛ им стал Александр Топилин, владелец ООО «Птицефабрика “Владимировская”» в Астраханской области, которое выпускает яйцо под маркой «Экстра» и мясо птицы.
По данным «СПАРК-Интерфакса», по итогам гриппозного 2017 года выручка Маркинской птицефабрики упала в 4,4 раза, до 68,2 млн рублей, убыток составил 164,6 млн рублей. Но уже по итогам 2018 года ситуация выправилась: компания в 3,7 раза увеличила прибыль — до 253,8 млн рублей, появилась чистая прибыль — 20,4 млн рублей.
