Когда загадочность не к лицу

Всю минувшую неделю местный интернет бурно обсуждал небывалый по численности антикоррупционный митинг, который собрал на Театральной площади Ростова, по разным оценкам, от 600 до 1000 участников. До сих пор подобные мероприятия в течение многих лет собирали максимум пару десятков недовольных действующей властью горожан. Обост­рения случались в преддверии каких-нибудь выборов. Нынешнее, похоже, не исключение. До президентских выборов в России остался год, и один из самых кусачих оппонентов действующей власти Алексей Навальный объявил о желании в них участвовать. Митинг в Ростове — часть общероссийской акции его сторонников, которых возмутило отсутствие реакции на фильм-расследование Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) «Он вам не Димон», в котором премьер-министра Дмитрия Медведева обвиняют в коррупции, приписывая ему владение активами через подставных лиц. На YouTube фильм получил около 15,3 млн просмотров.

В соцсетях снова война. Пользователи разделились на два явно враждебных лагеря. Многие комментаторы исповедуют принцип: «Я посмотрел пять минут и все понял».

Между тем для того, чтобы сделать окончательный вывод о стопроцентной справедливости обвинений, предъявляемых премьеру, не хватает, на мой взгляд, даже двух просмотров с карандашом в руках.

Юридически ничего из активов, о которых идет речь в фильме (резиденции, виноградники, предприятия и яхты), Дмитрию Медведеву не принадлежит. Ими владеют некоммерческие фонды, которые финансируются бизнесом. Авторы фильма пытаются доказать, что премьер постоянно ими пользуется и, стало быть, фактически владеет. Доказательства эти кому-то кажутся убедительными, а кому-то нет. В любом случае, для того чтобы проверить, скажем, действительно ли Дмитрий Медведев покупает одежду в интернет-магазине, а платит за это одна из коммерческих компаний, нужно провести аудиторскую проверку. Это как раз тот случай, когда сторонники Навального будут говорить «верю», а противники — цитировать Станиславского.

Старики курской деревни, где когда-то жили предки Медведева, говорят в фильме, что премьер приезжает в резиденцию неподалеку примерно раз в год. Резиденцией владеет некоммерческий фонд. Приезжающие в Ростов федеральные руководители вплоть до президентов частенько останавливались в принадлежащем «Роствертолу» отеле. Если бюджет за это не платил, то и этот VIP-объект при желании также можно отнести к собственности любого из высокопоставленных постояльцев, что будет, конечно, сильным преувеличением. Коррупция? Скорее, мелкое угодничество на местах.

Критики из ФБК обращают внимание на масштаб резиденций, которые якобы принадлежат премьеру, — многие и многие гектары земли.

У публики могли бы появиться определенные сомнения в том, что премьер в состоянии активно пользоваться тем количеством объектов, которые перечислены в фильме. Правда, только в том случае, если бы Дмитрий Медведев публично открестился от такой практики. Но он почему-то загадочно молчит.

Затянувшаяся сверх меры пауза, которую держали власти после митингов 26 марта, перестала быть мхатовской и походила более на растерянность. Бурное обсуждение протестов в интернете и печатных СМИ заставило все же властную вертикаль отреагировать. Сначала один за другим начали высказываться депутаты обеих палат, которые призвали обратить внимание на эти события. После этого Владимир Путин напомнил, к чему несанкционированные выступления привели Украину, и призвал соблюдать закон и не спекулировать на коррупционной теме в целях политической популярности.

Охранительная реакция между тем не выглядит сейчас достаточной. Страна нуждается в содержательном и публичном обсуждении правил общения бизнеса и власти и, вероятно, очередного этапа их отделения друг от друга. В противном случае Навальный и деятельность его фонда все больше напоминают висящее на сцене ружье.