Междоусобица
Военные действия российской армии на Украине усугубили раскол не только между двумя братскими народами, но и внутри страны. Сегодня не только русские сражаются с украинцами, но и мы сами «воюем» друг с другом. Как сесть за стол переговоров?
Междоусобные войны князей Киевской Руси закончили татаро-монголы в 1240 году, взяв Киев.
Он позвонил и сразу взял быка за рога. Говорил, что хочет написать в газету «от лица миллионеров, что за коррупцию прощаем, лишь бы довели до конца начатое на Украине, вычистили оттуда всех бандеровцев и нацистов».
Она напрямую не обвиняла, но давала понять, что, мягко говоря, разочарована тем, что наше СМИ не протестует в каждой статье против «развязанной выжившими из ума братоубийственной...». А что будет, когда они встретятся на узкой тропинке? В скольких семьях, дружеских компаниях, профессиональных сообществах бушуют страсти вокруг события, которое будто заряжает мирных людей агрессией и непримиримостью?
Мои друзья не имеют меркантильного интереса в происходящем. Оба за справедливость и искренне хотят процветания своей стране. Оба пылают гневом, говоря об оппонентах, легко называя их или безумцами, или предателями. Правы ли они оба или кто-то из них? Но еще вчера они были друзьями, путешествовали в одной компании. Кто они сегодня друг другу? Должен ли кто-то из них победить или возможно примирение без капитуляции?
Оба обижены и на меня за то, что общаюсь с ними обоими и говорю, что понимаю их правду. Оба считают соглашателем и коллаборационистом. Кто — немного безумцем, кто — немного предателем. Я, вполне возможно, не прав, и надо не в тайне, а открыто встать на одну из сторон. Но что дальше? Бойкот? «Руки я вам не подам»? Холодная гражданская «специальная военная операция» с перерастанием в горячую?
Митрополит Ростовский и Новочеркасский Меркурий в воскресной проповеди, отвечая на общественный запрос о его позиции, сказал, что боевые действия идут не только на Украине, главная война — в наших сердцах. Там нет мира, нет стремления пойти на компромисс, понять и пожалеть противника, признать его права на другое мнение, другой взгляд на жизнь, политику, экономику.
Оба моих знакомых скоро встретятся и сядут за один стол. Постараюсь сделать так, чтобы они не перекрикивали, а как минимум услышали друг друга и как максимум с чем-то согласились в противоположной позиции. Чтобы они поняли, что это очень сложная тема, над которой придется без захлестывающих эмоций нам всем поломать голову. И поискать выход из этой ловушки, в которой мы оказались, из войны внутри нас и между нами. Может, тогда новые междоусобицы будут реже вспыхивать и вовне.
